Джеймс Брук: Белый раджа

radzha_gotov
Share on VKShare on FacebookShare on Google+Tweet about this on TwitterPin on PinterestShare on RedditShare on Tumblr

В художественной литературе и кино встречаются образы белых правителей различных нецивилизованных племён, хитростью или благородством завоевавших власть в диких местах и создававших (или пытавшихся создать) собственную династию. Один из примеров – герои повести Киплинга «Человек, который хотел стать королём», захватившие власть в горном Кафиристане.

Исторические примеры таких событий также существуют. Дело было не столько в романтических порывах людей, стремившихся привить дикарям цивилизованность (хотя такие лозунги всегда были и будут), сколько в страсти различных авантюристов к богатству, воли к власти, подчинению других и осуществлению своего дикатата.

Известен пример, когда словацкий авантюрист Мориц Бенёвский, прошагавший путь от солдата и беглого каторжника до героя трагикомедии, стал настоящим королём Мадагаскара в 1776 г., получив признание от местных старейшин. Власть его во многом была формальной, поскольку остров был почти не освоен французами, на чьей службе он фактически состоял в то время, да и продержалась она недолго. Конфликты с колониальными властями Реюньона и экзотические болезни покосили стан его приверженцев, а вскоре умер и король Людовик XV, благоволивший авантюристу (на тот момент барону). Словак любил этот дикий край, мечтал даже создать собственное государство, но именно это и привело его к конфликтам с администрацией соседних колоний. Деятельность «короля» была свёрнута, и настоящая власть белого человека на Мадагаскаре была установлена лишь в 1896 г.

1Словацкий авантюрист Мориц Беревский (1746-1786), побывавший королем Мадагаскара

Однако был и более удачный пример, на котором стоит остановиться подробнее. Речь идёт о «белых раджах» государства Саравак, что существовало на острове Калимантан с 1846 по 1946 год.

На острове Калимантан, который также известен как Борнео (в честь Брунея, который владел северными территориями острова; с лёгкой руки Магеллана так стали называть весь остров), проживало множество разнообразных народов и племён под общим названием «даяки». На начало XIX века остров находился под властью брунейского султана. Власть была слабой из-за нарочитой самостоятельности аборигенов и труднопроходимой местности. Традиционный уклад жизни и постоянные междоусобные войны – вот основа жизни даяков, которой не мешало даже активное переселение китайцев, филиппинцев, малайцев и других азиатских народов.

Колониальная гонка, зарождавшаяся в 1840-е годы, мало затронула Калимантан. На Яве расширяли владения голландцы, на севере промышляла английская Ост-Индская компания, владевшая Индией и небольшими факториями в Малайе и Китае. Французы только начинали свою деятельность в Индокитае. Конечно, англичане имели самые сильные позиции.

Многочисленные чиновники и военные из британских колоний, выходя в отставку, пользовались своими знаниями и навыками, предлагая свои услуги местным «царькам», в числе которых был и Джеймс Брук – один из крупнейших авантюристов своего времени.

Джеймс Брук родился в 1803 г. в Индии, прожив там в общей сложности 12 лет. Учёба в Англии больших успехов не принесла, но в 1819 году он поступил на службу в британскую Ост-Индскую компанию, став в 18 лет лейтенантом. Служба в колониях мёдом не была. Подавляя восстания и победоносно шествуя по диким местам, колониальная армия Британии оставляла за собой не только сожжённые поселения, но и множество погибших и умерших от болезней товарищей. Ярко обрисовал жизнь солдата колониальных частей Редьярд Киплинг в своём знаменитом стихотворении «Пыль».

2Джеймс Брук (1803-1868), колониальный авантюрист, первый раджа Саравака (1841-1868), основатель династии Белых раджей

Юный Брук, как и большинство молодых британцев, влекомых романтикой дальних земель и служившими в колониях, наверное, желал попасть на настоящую войну. В 1823 году такая война и началась в Бирме, куда британский лев обратил свой взор, желая расширить владения Ост-Индской компании. Бирманцы явно переоценили свои силы, ещё с конца XVIII века вторгаясь в подконтрольные британцам индийские княжества, включая Ассам и Манипур. С европейцами они по-настоящему ещё не сталкивались, и урок военного искусства был для них особенно болезненным.

Та война шла в сухой сезон, останавливаясь в сезоны дождей. На протяжении трёх лет бирманский царь Баджидо из династии Конбаун безуспешно пытался противодействовать британским и индийским силам. Для Джеймса Брука это было первым настоящим боевым крещением, и во многом благодаря опыту этого конфликта он стал лучше понимать менталитет, обычаи и военное мастерство местных народов. Бирманская война не принесла ему большой славы, но наш герой получил звание капитана и был отправлен в Англию поправлять здоровье, значительное ухудшившееся в колониальных битвах. Сырой климат Англии был непривычен Бруку после знойной Индии. Долго он на родине задерживаться не стал, т.к. не имел никаких связей, чтобы устроиться, и был вынужден снова ехать на Восток.

Здоровье молодого человека уже не отвечало требованиям колониальных условий. Вернувшись в Индию, он не смог во второй раз поступить на службу. Тогда он попытался заработать на торговле, как часто делали европейские поселенцы в колониях. Его затея оказалась малоуспешной, так как Брук не имел коммерческих навыков и нужной суммы, но судьба нередко даёт своим баловням возможность найти выход из любых ситуаций.

В это время не стало его отца, оставившего в наследство Джеймсу 30 тысяч фунтов стерлингов. Брук стал раздумывать, какое применение дать этим нежданным средствам. Параллельно наш герой расширял свой круг знакомств в военном, морском, торговом и других ведомствах британцев в Индии и Сингапуре. На полученные деньги он купил яхту «Роялист» водоизмещением в 140 тонн, а также подыскал команду из опытных моряков, оставшихся так же, как и он, не у дел после завершения службы.

4Первая англо-бирманская война 

В 1839 г. Брук отправился на Калимантан – предлагать услуги военного советника султану Брунея. В дневниках авантюрист писал о намерениях исследовать остров Борнео, но его последующие действия прямо говорят о том, что в записях Брук лукавит. Если исследование и было его целью, то точно не основной (вряд ли его любовь к науке превышала желание обрести богатство и славу).

Удачное стечение обстоятельств (восстание ибанов – одного из крупнейших племён даяков) заставило султана принять предложение Брука, поскольку наследник престола Хашим не сумел подавить мятеж. Стоит уточнить, что власть султана в джунглях была практически номинальной, а Хашим, бывший там наместником, вообще не обладал способностями к управлению и тем более к подавлению недовольных. Однако он был благожелательно настроен к англичанам, что позволило Бруку быстро установить дружественные отношения.

Противник, по европейским меркам, был неопасным, но у брунейского султана не было современных пушек и дисциплины в войске, а было только феодальное ополчение нецивилизованного (по европейским меркам) народа. Ибаны были воинственны: обычай этого племени требовал от юноши принести в отчий дом голову врага, чтобы считаться мужчиной и воином. Прозванные «морскими дьяволами», они наводили ужас на соседей.

Брук, как настоящий британец, решил брать быка за рога. Начиная переговоры об условиях своего найма, предоставляемых ресурсах и о других важных моментах, он сразу потребовал у султана право собирать налоги с провинции. Брунейский владыка, разумеется, опешил и поначалу отказался, но по мере разговора Брук, пустив в ход талант переговорщика, убедил его в необходимости таких привилегий.

Брук для брунейского двора был человеком из ниоткуда, к тому же наглым и заносчивым «белым варваром». Он быстро нажил себе недругов при дворе ещё и потому, что пиратство даяков приносило определенные доходы и выгоду для некоторых знатных малайских родов.

Бруку предстояло собрать свои собственные силы для экспедиции. Местное ополчение, которое никто не обучал, и экипаж «Роялиста» – вот и вся армия. Используя принцип «разделяй и властвуй», подкупая вождей и беря их в заложники, уничтожая непокорных в бою, Брук за короткий срок навёл порядок на подконтрольных султану территориях Саравака.

3Люди Брука атакуют пиратов

В награду за подавление восстания и деятельность советника Брук получил титул раджи Саравака, правда, на словах, но в присутствии ближайших лиц. Несколько позже, в 1841 году, он обрел официальное признание и пресловутую «грамотку». В следующем году захудалый городок Кучинг был «перестроен» и превращён в столицу провинции; с этого момента он начинает приобретать некоторые европейские черты.

Англичане обратили внимание на способности Брука, но не могли признать Саравак своей колонией, как он того желал, поскольку это было чревато обострением отношений с Нидерландами – по договору 1824 г. все земли южнее Малаккского пролива были признаны голландской сферой. Кроме того, малоосвоенные земли требовали больших расходов на содержание, которые огромная колониальная империя Британии оплачивать не желала. Брук же хотел использовать военную силу родной страны для создания собственного государства.

Тут-то Джеймсу Бруку и оказались полезны старые военные связи. Узнав, что дельцы Компании заинтересованы в борьбе с пиратами Калимантана, он стал использовать этот аспект торговых отношений Компании в Малайском проливе. Договорившись с несколькими военно-морскими деятелями Ост-Индской компании в Сингапуре, Брук начал укреплять свою власть в Сараваке.

Капитан Кеппел и корабль «Дидона» Ост-Индской компании прибыли в Кучинг в мае 1843 г., после чего Брук начал новую волну операций против ибанов, которые продолжали сопротивление. Схватка с ибанами лишний раз подчеркнула техническое преимущество и выучку европейцев.

Замирив ряд племён, Брук стал понемногу усиливать давление на Бруней с целью расширить подвластные земли. «Хорошо бы получить ещё дюжину речных долин за Сараваком», – писал он в своём дневнике. Он не насаждал среди аборигенов европейских обычаев, позволяя им сохранять свои традиции, включая веру предков – авантюриста интересовала власть и ресурсы, но не культурные проблемы.

5Переговоры Брука и брунейского султана 

Брук воспользовался помощью Британии и в установлении фактической власти проанглийски настроенных принцев Хашима и его брата Бедруддина. Когда их свергли в 1846 году, трон попал под контроль малайских аристократов, старых врагов Брука. Их связи с пиратами были на руку: в очередной раз убедив Лондон в необходимости активных действий, он при помощи эскадры адмирала Кокрэйна легко разгромил Бруней.

Выбора у султана не было, и он даровал независимость Сараваку. Остров Лобуан был отдан Ост-Индской компании фактически в благодарность за помощь Бруку, а официально – за право султану Брунея вернуться в столицу и продолжить правление, предварительно подписав ряд договоров, дающих британцам торговые преференции. Так начиналась новая эпоха в истории Саравака – эпоха «белых раджей».

Это был момент славы. Вырвавшись «из грязи в князи», Брук добился невероятных высот. С триумфом он вернулся в Британию в 1847 г., где получил от королевы Виктории титул рыцаря. Сверкающий меч, возложенный на плечи, был наградой за все пережитые трудности простого колониального офицера. Также ему присвоили степень доктора юриспруденции Оксфорда и кресло генконсула Соединённого королевства в Брунее. Теперь он был де-факто признанным хозяином Саравака и мог рассчитывать на официальную помощь Её Величества.

Колониальные власти Сингапура его, конечно, возненавидели и стали всячески вредить. Фрегат королевского флота «Меандр», на котором Брук возвращался из Англии «домой», был подготовлен для действий на мелководье и устьях рек. Белый раджа рассчитывал использовать его для продолжения борьбы с ибанами, тем более что возглавлял его старый товарищ Брука – Генри Кеппел.

6Британский фрегат «Меандр»

Сингапур потребовал передать фрегат для использования против настоящих пиратов, а не против диких прибрежных налётчиков. Бруку пришлось одновременно бороться с кабинетными завистниками и перемазанными боевой раскраской даяками, что значительно подорвало его силы. Судебные расследования парламентской комиссии оправдали его, хотя, помимо незаконного использования британского флота, ему вменялась и жестокость в колониях, печально прославившая его имя.

Труден путь авантюризма, где за любые успехи приходится серьёзно платить. Пережив три инсульта, Джеймс Брук умер в 1868 г. За пять лет до этого Британия признала независимость Саравака и власть Брука в этом королевстве. Трон же получил его племянник Чарльз Энтони Джонсон, принявший фамилию дяди.

Брук был типичным авантюрным дельцом периода викторианской Англии. В нём сочетались важнейшие черты характера, помогавшие добиваться успеха – смелость, наглость, напор, беспринципность в ключевых вопросах. Горящие деревни и смрад от сотен трупов на побережье? Ерунда! Обманы и фиктивные договоры с колониальными властями? Запросто!

Брук демонстрировал принцип «цель оправдывает средства», став примером для одних и объектом ненависти – для других. Заложенные им основы просуществовали в течение сотни лет, пока Саравак не стал британским протекторатом, а затем частью независимой Малайзии, сохранив свои уникальные черты культуры и обычаев во многом благодаря деятельности хитрого пройдохи Брука.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
Генерация пароля

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: