Мадьяр расправил плечи: реванш за Трианон. Часть II

madyar2
Share on VKShare on FacebookShare on Google+Tweet about this on TwitterPin on PinterestShare on RedditShare on Tumblr

Мадьяр расправил плечи: реванш за Трианон. Часть I

Закарпатский поход и маленькая победоносная война

Мы оставили Карпатскую Украину на моменте назначения украинофила Августина Волошина премьер-министром автономии. Он был противником вхождения Закарпатья в состав Венгрии, и тогда Будапешт начал рассматривать варианты силового присоединения региона. Для начала Венгрия осуществила первую фазу, типичную для аннексий того периода, то есть создала хаос на границе: постоянные перестрелки, провокации и заброска диверсантов (в чём мадьярам сильно помогала Польша).

В ответ на это правительство автономии 9 ноября создало «Карпатскую сечь» – военизированные отряды самообороны, куда включались пожарные команды, члены культурно-просветительских обществ и молодёжных объединений. Понятно, однако, что венгерское вторжение в ноябре было остановлено не перспективой сопротивления слабовооружённых ополченцев, а давлением Германии и Италии. Дважды избежав войны за осень, немцы не собирались на третий раз позволить фитилю разжечься. К тому же, Гитлера по-прежнему пугала перспектива общей польско-венгерской границы. В результате недавний венский триумфатор министр иностранных дел Калман Канья ушёл в отставку, а войска остались на границе.

Тем не менее, планы Закарпатского похода не были положены в долгий ящик, их просто отложили до следующего кризиса. А почва для кризисов во Второй Чехословацкой республике была самая благодатная. Всю недолгую историю существования республики её сотрясала борьба автономий с Прагой за распределение полномочий. Кроме того, нужно понимать, что все три режима в Праге, Братиславе и Хусте избрали моделью для подражания фашистскую Италию, а потому осень-зима 1938-1939 годов прошла под знаменем установления однопартийных диктатур и формирования корпоративной государственности. Так как Италия была относительно далеко, все три фашистских режима надеялись на поддержку нацистской Германии как друг против друга, так и – в случае со Словакией и Карпатской Украиной – против Венгрии.

1Карпатская Украина в 1938–1939 годах

24 февраля 1939 года Королевство Венгрия присоединилось к Антикоминтерновскому пакту. А уже в начале марта внутриполитическая борьба в Чехо-Словакии достигла своей кульминации. После того, как 6 марта премьер Йозеф Тисо официально подтвердил намерение Словакии остаться в едином государстве, словацкие радикалы, а именно Войтех Тука и Фердинанд Дюрчанский, после переговоров с Германом Герингом объявили о мобилизации Глинковой гвардии – словацких парамилитаристских формирований.

Пражское правительство справедливо расценило это как вооружённую попытку сецессии, а потому в ночь с 8 на 9 марта в Словакии было объявлено военное положение. Чешские жандармы вступили в боевые столкновения с Глинковой гвардией, были произведены аресты ряда словацких политиков, а Тисо отстранён от должности и заменён собственным заместителем Каролем Сидором, известным своей умеренной позицией в вопросе о словацкой автономии.
Германские представители направились как к Тисо, так и к Сидору с предложением о провозглашении независимости словацкого государства. Оба политика отказались. Как позже вспоминал Тисо: «Если придут немцы, мы от них так легко не избавимся».

Тогда Тисо вместе с Дюрчанским 13 марта вызвали в Берлин, где Адольф Гитлер лично уведомил их, что либо Словакия на следующий день провозглашает независимость, и тогда страна подпадает под германское покровительство, либо Словакия превращается в Верхнюю Венгрию, которую с радостью разделят между собой Будапешт и Варшава. Выбор был очевиден, а потому 14 марта словацкий парламент единогласно провозгласил независимость Словацкой республики.
Венгерское правительство ещё в январе уведомило Берлин, что в случае провозглашения независимости Словакией и оккупации Чехии венгерские войска предпримут вторжение в Закарпатье независимо от германского мнения на этот счёт. В ответ Рейх сообщил, что если Венгрия не будет трогать немецкое меньшинство и сохранит экономические связи Закарпатья с Германией, то Берлин не станет чинить препятствий к аннексии.

К этому моменту в глазах Гитлера и Риббентропа угроза общей польско-венгерской границы была задвинута более серьёзной, как им казалось, угрозой становления украинской государственности. По мысли фюрера и его министра иностранных дел, украинских националистов лучше было держать при себе в качестве разрозненных экстерриториальных организаций, но никак не в виде пусть даже максимально зависимого, но государства. Такое государство в случае дальнейших германских успехов, скорее всего, стало бы источником проблем для будущей оккупационной администрации в Польше и на Советской Украине.

2Бойцы Карпатской Сечи

В ночь с 13 на 14 марта венгерские войска небольшими группами начали переходить границу Карпатской Украины. Для оказания вооружённого отпора премьер-министр Августин Волошин приказал Карпатской сечи реквизировать оружие с федеральных складов. Министр внутренних дел и глава чехословацких войск в Закарпатье генерал Лев Прхала (назначенный Прагой, а потому не признаваемый Волошиным) распорядился оказать сопротивление сечевикам. До середины дня в столице Карпатской Украины городе Хуст шли бои карпатских сечевиков с чехословацкими войсками и жандармами, в которых погибло несколько десятков человек.
За это время венгры заняли три села на мукачевском направлении. К обеду Волошин и Прхала договорились о прекращении огня, разоружении Сечи и о том, что чехословацкая армия берёт в свои руки оборону края. Однако уже вечером, после консультаций с Прагой, генерал Прхала объявил об эвакуации армии и государственных служащих. Карпатская Украина оставалась с Венгрией один на один.

15 марта, когда немецкие войска входили в Пражский Град, Августин Волошин провозгласил независимость Карпатской Украины, а себя её президентом. Он запросил поддержки у Германии, но в ответ получил лишь дружеский совет не сопротивляться венгерской армии. В тот же день венгерские войска в количестве одного пехотного и двух кавалерийских полков, трёх батальонов самокатчиков, двух батальонов пограничников, одного артиллерийского и одного моторизованного батальонов при поддержке двух бронепоездов и авиационного полка начали полномасштабное наступление.

Эффективного сопротивления Сечь оказать не смогла, а потому столица Карпатской Украины – город Хуст – пал уже 16 марта, а к 18-му числу вся территория Закарпатья находилась в руках Венгрии. Президент Волошин эвакуировался через Румынию. Вскоре через Югославию он прибыл в Прагу, где немцы назначили его ректором Украинского свободного университета. На этом посту Волошин пробудет до 1945 года, пока его не арестует советская госбезопасность и не переправит в Москву, где 71-летнй бывший карпатский президент и умрёт, по официальной версии от паралича сердца, в июле того же года.

По сравнению с судьбой многих сечевиков конец Волошина был ещё относительно успешным. Если в ходе боевых действий погибло более 400 русинов (венгры потеряли убитыми чуть более 70 человек), то от последующих репрессий погибло несколько тысяч защитников Карпатской Украины. Не спасали даже попытки перейти границы Румынии и Польши. Так, Бухарест выдал венграм около 300 сечевиков, которых отправили в концлагерь. Поляки и вовсе не утруждали себя выдачей: на польской стороне свой конец, будучи расстрелянными или утопленными, нашли от 500 до 600 русинов. Более того, Венгрия сама передавала Польше сечевиков-уроженцев Галиции, то есть формальных граждан Второй Речи Посполитой, для которых такая передача, естественно, не сулила ничего хорошего.

3Расстрел венграми пленных сечевиков

Между тем, оккупацией Закарпатья Венгрия не ограничилась. В Братиславе были очень удивлены тем, что венгерское правительство практически сразу же признало независимость Словакии, но уже через два дня после этого Будапешт заявил, что граница между Словакией и бывшей Карпатской Украиной являлась внутренней административной чехословацкой границей, а потому необходимо провести её демаркацию, благо Венский арбитраж касался лишь границ на юге Словакии, но не на востоке. Венгры потребовали отодвинуть границу на 10 км западнее Ужгорода и продолжить её по прямой до польской границы.

Формальным поводом для демаркации служили данные переписи 1910 года, утверждавшие, что в восточной Словакии венгров и русинов проживало больше, чем словаков. Фактически же венгерское руководство желало обезопасить Ужгород, находившийся слишком близко к границе, вкупе с железной дорогой в Польшу.

Берлин с пониманием отнёсся к венгерским требованиям и заставил словаков их удовлетворить. Тем не менее, венгры решили не ждать, когда немцы с барского плеча вручат им территории в восточной Словакии, а самим взять то, что хочется. Будапешт был в курсе того, что 23 марта Риббентроп должен подписать договор о защите Германией словацких границ. В дальнейшем это могло стать формальным поводом не отдавать Венгрии обещанные земли, а потому венгры начали действовать.

На рассвете 23 марта, без объявления войны, за 6 часов до подписи Риббентропа венгерские войска устремились в восточную Словакию с приказом «наступать на запад настолько долго, насколько это возможно». В первый день словацкая армия, застигнутая врасплох и слабо организованная из-за демобилизации чехов, не оказала серьёзного сопротивления. Наглядным фактом всеобщего распада может служить то, что в 17-й дивизии VI бывшего чехословацкого корпуса, охранявшего восточные границы Словакии, к моменту венгерского нападения от штатной численности в 3 тысячи человек осталось лишь 400. Фиксировались случаи, как демобилизующиеся чехи выводили из строя вооружение, лишь бы не передавать его словакам.
Однако не все чехи готовы были бросить недавних собратьев на произвол судьбы. Некоторые чешские офицеры оставались на местах организовывать словацкую оборону. Один из них, майор Кубичек, взял на себя командование словацкими войсками, занявшими позиции у городка Михаловце. Несмотря на общий логистический хаос (единственная железная дорога в восточную Словакию была перерезана Венским арбитражем, а на обычных дорогах царила неразбериха из-за отступающих на запад чехов и шедших на восток словаков), к утру 24 марта в распоряжение Кубичека поступило несколько бронеавтомобилей OA vz.30. С их помощью словаки предприняли успешную контратаку на слишком глубоко продвинувшихся мадьяр, отбросив их на основные позиции гонведа.

Однако ночная атака на окопавшихся венгров захлебнулась под артиллерийским огнём. Тем не менее, сосредоточение словацких войск в Михаловце продолжалось: на место прибыло ещё несколько бронеавтомобилей, а главное – три танка LT vz.35. Однако в бой они так и не вступили: 26 марта Германия сказала: «Хватит!».

4Боец Глинковой гвардии во время словацко-венгерской войны

Перестрелки продолжались ещё неделю, пока 4 апреля Словакия и Венгрия не подписали договор о границе, по которому к Королевству отходило 1697 км2 в восточной Словакии, где проживало около 70 тысяч человек, большая часть которых была словаками или русинами. Обе стороны заявили о своём успехе: словаки считали, что не пропустили мадьяр дальше на запад, венгры утверждали, что они захватили всё, что хотели. В «Малой войне», как её прозвали воевавшие нации, Словакия потеряла убитыми 58 человек, Венгрия – 23. Война также стала боевым крещением для ВВС обеих противоборствующих сторон: только что созданной Словакии и совсем недавно снявшей с себя ограничения на вооружение Венгрии.

Март 1939 года принёс Венгрии ещё 12,2 км2 с 700 тысячами населения, большая часть которых, правда, уже не являлась этническими венграми. Весенняя кампания привела к образованию польско-венгерской границы, которой так опасался Гитлер, но на которую ему пришлось согласиться перед перспективой создания украинского государства. Уже осенью он пожалеет о своём решении.

В отличие от Словакии, Хорти отказался предоставить немцам транзит войск через Закарпатье, поэтому перед Сентябрьской кампанией Вермахт не получил плацдармов для прямого удара по Галиции. Более того, через венгерскую границу перешло до 140 тысяч поляков, многие из которых впоследствии присоединятся к войскам Антигитлеровской коалиции, и Будапешт ничего не предпринял, чтобы их остановить.

Тем не менее, фюрер мог быть доволен. Он удовлетворил большую часть венгерских притязаний к Словакии, но не все, оставив их как приманку для дальнейшего втягивания всё ещё своенравной Венгрии в свою Ось. Словацкая независимость обеспечивалась исключительно германским покровительством перед лицом венгерской агрессии, а потому Гитлер мог быть уверен, что Тисо сделает всё, что захочет Берлин.

5Карта Первой Словацкой республики. На востоке видны территориальные потери Словакии после «Малой войны» марта 1939 года

Второй Венский арбитраж

Трансильвания была самой крупной территорией из отторгнутых Трианонским договором, как по площади, так и по количеству проживавших там мадьяр. Однако Румыния, обладавшая стратегически важными нефтяными запасами, находилась под надёжной защитой Антанты, прежде всего Франции. Германия, которая надеялась переориентировать Румынию на себя, также предостерегала Венгрию от силового решения конфликта. До середины 1940 года Будапешт вёл переговоры лишь о культурной автономии мадьяроязычного населения в Трансильвании, периодически надувая щёки и бряцая оружием у границ. Всё изменило присоединение Бессарабии и Северной Буковины к СССР.

26 июня 1940 года нарком иностранных дел СССР В.М. Молотов вручил румынскому послу в Москве ультиматум, в котором Советы требовали передачи себе Бессарабии как незаконно отторгнутой в 1918 году территории со значительным нерумынским населением, а также Северной Буковины – частью как украиноязычной территории, частью как «компенсацию» за 22-летнюю «оккупацию» Бессарабии. В случае отказа Бухареста к вторжению были полностью готовы три общевойсковые армии (5-я, 9-я и 12-я) новообразованного Южного фронта.

На следующий день Коронный совет Румынии (консультативный орган при короле) большинством голосом высказался за принятие советского ультиматума: Франция – основной гарант румынской безопасности – была разгромлена, а Германия в начале месяца уведомила Бухарест, что в случае советско-румынского конфликта сохранит нейтралитет. В итоге Красная армия к 3 июля без боя заняла всю территорию Бессарабии и Северной Буковины, отобрав таким образом у Румынии почти 50 тысяч км2 и 3,7 млн человек.

6Командующий Южным фронтом генерал армии Г.К. Жуков на параде в Кишинёве, 4 июля 1940 года

Уже 27 июня, ещё до румынского ответа на советский ультиматум, с официальным требованием рассмотреть их собственные территориальные претензии к Румынии выступили Венгрия и Болгария. Король Кароль II пытался выслужиться перед Германией, чтобы немцы не допустили новых территориальных потерь Румынии. 1 июля он аннулировал довоенные гарантии Франции и Великобритании, обратившись к Берлину с просьбой взять страну под своё покровительство. Рейх ответил отказом. Кароль сформировал прогерманское правительство, вышел из Лиги Наций, принял антиеврейское законодательство, но фюрер оставался неумолим – гарантии Румынии будут даны лишь после разрешения территориальных проблем с Венгрией и Болгарией.
Самым острым вопросом, естественно, являлся трансильванский – шутка ли, более 100 тысяч км2 и почти 6 млн человек. Германия изначально отказалась выступать посредником между сторонами, заставив Венгрию отказаться от идеи вторжения и таки усадив Румынию за стол переговоров с мадьярами.

Двусторонняя конференция началась 16 августа в валашском городе Дробета-Турну-Северин. Румынская делегация предложила передать Венгрии приграничные области и провести обмен населением, на что мадьяры не согласились.

С другой стороны, венгры осознавали, что всю территорию Трансильвании урвать им не получится, в силу ряда причин. Во-первых, на юге региона уже перепись 1910 года показывала, что количество румын превышало количество венгров в 4 раза. Во-вторых, трансильванское немецкое меньшинство, проживавшее преимущественно на юге, ясно выразило своё неприятие к переходу под власть Будапешта. В-третьих, Германия хоть и была готова учитывать венгерские интересы, но полностью следовать в фарватере хортистской политики Берлин не собирался, что и было донесено до мадьярских дипломатов. Тем не менее, Будапешт попытался присоединить к себе как можно больше, а потому затребовал 69 тысяч км2 с 3,8 млн населения. 19 августа переговоры были приостановлены из-за недоговороспособности сторон.

Берлин снова отказался выступить посредником и опять заставил венгров и румын сесть за стол переговоров. Теперь румыны были готовы отказаться от 25 тысяч км2, но венгры требовали вдвое больше. Понимая, что двусторонними переговорами нельзя ничего добиться, а Германия не хочет арбитража, венгерское руководство начало рассматривать игру ва-банк: вторжение в Румынию без одобрения Берлина.

К границе было подтянуто 20 дивизий, на румынской стороне им противостояло 8 дивизий (ещё 22 дивизии стояли на новой советско-румынской границе). Тем не менее, Будапешт боялся сделать последний решающий шаг: обе армии явно не являлись европейскими грандами, к тому же вторжение в Трансильванию автоматически означало, что теперь придётся рассчитывать только на свои силы, Берлин бы такой самодеятельности не простил.

7Венгерский солдат в каске М-17 смотрит вдаль

Однако игра на радикальное повышение ставок всё же принесла свои плоды. Гитлер действительно испугался перспективы войны в регионе, которая могла поставить под угрозу румынскую нефтяную промышленность и запустить процесс дальнейшей советизации Румынии, что также ударило бы по германским экономическим интересам. 28 августа он согласился на идею арбитража, который должен был пройти через два дня в том же венском Бельведерском дворце, где за два года до того Венгрия впервые вкусила сладкое блюдо реванша.

30 августа старые знакомые Риббентроп и Чиано снова встретились на том же месте, чтобы вновь решить венгерские территориальные проблемы. Так как уже шла большая европейская война, где главную скрипку из стран Оси играл понятно кто, итальянские представители не особо вмешивались в процесс. Окончательное решение было принято, исходя из желания поощрить Венгрию, но при этом Германия намеревалась оставить за Румынией большинство её нефтепромыслов. Обе стороны заранее согласились с любым немецким решением, благо Вермахт был готов вмешаться, если какая-либо из сторон будет упрямиться.

Второй Венский арбитраж был проведён за закрытыми дверями также быстро, как и первый. Когда румынский министр иностранных дел Михаил Манойлеску узнал о результате, он свалился в обморок. Королевство Румыния должно было передать Королевству Венгрия 43,5 тысячи км2, где проживало около 2,6 млн. человек. 300-километровая оборонительная «Линия Кароля», которую несколько лет строили на границе на случай венгерской агрессии, без боя отходила мадьярам.

Тем не менее, Будапешт также не мог похвастаться удовлетворением всех своих запросов: всё же Венгрия получила менее половины спорной территории, кроме того, в Южной Трансильвании, оставшейся за Румынией, проживало более 3,3 млн человек, из которых около 500 тысяч были венграми. Немецкое меньшинство также преимущественно осталось в Румынии. Большая часть нефтяных месторождений тоже сохранила предыдущего владельца. Железнодорожное сообщение между Венгрией и возвращёнными землями по-прежнему проходило по румынской территории.

На мирную передачу территорий было отведено 2 недели. В мадьяроязычных областях гонвед встречали цветами как освободителей. В румыноязычных – гробовым молчанием как оккупантов. Не обошлось и без кровавых инцидентов. 9 сентября в деревне Трезня, недалеко от города Залэу, с подачи местного венгерского помещика, у которого в 1920 году крестьяне отобрали землю, гонвед расстрелял 93 человека.

13 сентября в окрестности города Шимлеу-Силванией были посланы поисковые отряды, так как венгерское командование столкнулось с сообщениями о действиях румынских мародёров. В деревне Ип за неделю до того из-за небрежного обращения с гранатой погибло два венгерских солдата, но молва приписала всё румынской провокации. Нагрянувшие военные схватили 18 человек, 16 из которых тут же расстреляли. Ночью спящих венгров кто-то обстрелял из центра города, после чего разъярённые мадьяры устроили ещё одну облаву, отправив на тот свет более 150 человек.

8Хорти снова на белом коне, на сей раз в Сатмаре (он же Сату-Маре), 5 сентября 1940 года

Арбитраж стал причиной массовых миграций в регионе. К зиме 1941 года из Южной Трансильвании на территории, контролируемые Будапештом, переселилось около 100 тысяч венгров. Почти 150 тысяч румын, наоборот, покинули Северную Трансильванию, перебравшись в неаннексированные области. Согласно венгерской переписи населения 1941 года в Северной Трансильвании проживало более 1,3 млн венгров и более 1,05 млн румын. При этом нужно понимать, что многие двуязычные румыны записывались как мадьяры, а в округах Марамарош и Сатмар многие румыны объявляли себя венграми даже без знания языка.

В качестве «благодарности» за содействие в арбитраже Хорти был вынужден выпустить из тюрьмы лидера венгерских национал-социалистов Ференца Салаши, ужесточить антиеврейское законодательство, предоставить больше культурных прав немецкому населению, согласиться на транзит для германских войск, направляющихся в Румынию, как для охраны нефтяных полей, так и для сосредоточения против Советского Союза.

В Румынии ситуация, когда страна за три месяца без войны потеряла треть территории и почти треть населения (в начале сентября с Болгарией был заключён Крайовский договор о передаче ей Южной Добруджи), показала полное банкротство короля Кароля II. Он отрёкся от престола и бежал с любовницей и частью казны в Мексику. Власть перешла к генералу Иону Антонеску и фашистской партии «Железная гвардия», тем самым закрепив ориентацию Румынии на Германию. Советский Союз высказал явное неудовольствие арбитражем, так как он был проведён без ведома Москвы, что нарушало третий пункт пакта Молотова-Риббентропа о том, что стороны обязуются информировать друг друга о вопросах, затрагивающих общие интересы.

9Раздел Румынии в 1940 году

20 ноября к Берлинскому пакту присоединилась Венгрия, а через три дня и Румыния – обе страны стали официальными членами Оси и союзниками Германии. Адольф Гитлер мог быть доволен: венгерский реваншизм окончательно привёл Венгрию, а заодно и ещё несколько стран, искавших от него защиты, в стан Германского Рейха.

10

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

  • Sergey Wrongsky

    Отлично! А когда продолжение?

    • Бело-сине-красный

      Полагаю, что в следующую среду

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
Генерация пароля

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: