Пятна на солнце: Франция Людовика XV. Часть I

ludovikxv-000-1
Share on VKShare on FacebookShare on Google+Tweet about this on TwitterPin on PinterestShare on RedditShare on Tumblr

«После нас – хоть потоп!» – эту фразу среди историков принято приписывать Людовику XV и его фаворитке маркизе де Помпадур, хотя прямых доказательств того, что она или король когда-либо высказывались в подобном ключе, нет. Тем не менее, эти слова как нельзя лучше описывают все правление Людовика, после которого действительно случился «потоп» в виде глобальных кризисов, сковавших страну, и приведших в итоге к грандиозной революции, и по сей день считающейся наиболее «классическим» и эталонным событием такого рода.

Всего этого версальский модник уже не застал, однако невозможно говорить о первопричинах катастрофы, постигшей Францию под конец XVIII столетия, не обращаясь к личности этого короля и его политике.

1Будущий Людовик XV в детском возрасте 

Подобно всем французских Бурбонам, на дела короля накладывали огромный отпечаток его личностные качества и привычки, и порой казалось, что он просто не мог вести политику сугубо в интересах страны, не пытаясь в первую очередь удовлетворить свои. Капризным, бездушным, с «разумом злобного ребенка» называл Людовика его министр иностранных дел герцог Шуазель, добавляя, что король, «подобно Нерону, был бы счастлив видеть Париж в огне, но у него недоставало решительности отдать подобный приказ».

Именно в его правление пышным цветом распустился фаворитизм, где мадам де Помпадур была лишь первой среди прочих – так, например, уже под занавес жизни Людовик притащил в Версаль мадам Дюбарри, внебрачную дочь сборщика податей и бывшую проститутку, которая сделалась его официальной фавориткой. Король не был дурным человеком, но он был покорным рабом своих страстей и подчинил этой дурной слабости все королевство.

Лиха беда начало

Уход в мир иной Короля-солнце (Людовика XIV) принес скорее тревогу, нежели облегчение для измотанной войнами страны: его преемником был 5-летний ребенок, и Франция уже знала горький опыт времен, когда королевская власть утрачивала стабильность.

2Статуя Людовика XIV, Версаль

Финансы находились в полном беспорядке, и в этих условиях стране отчаянно требовался способный регент при малолетнем Людовике, который мог бы восстановить нормальное положение дел. Поскольку оба родителя короля скончались за три года до его восшествия на престол, эта роль досталась старшему из «принцев крови» – его дяде герцогу Филиппу II Орлеанскому. Герцог обладал значительными талантами и был обходителен и дипломатичен, однако за ним закрепилась дурная слава развратника, пьяницы и игрока. К тому же, ведомый честолюбием, он в свое время пытался выдвигать свою кандидатуру на испанский престол, на который Людовик XIV прочил (и в итоге усадил) своего внука – Филиппа Анжуйского.

Все это привело к опале Филиппа Орлеанского, который был на длительное время удален из Версаля. Более того, после кончины короля-солнце обнаружилось его тайное завещание, где он, вероятно, по наущению своей фаворитки герцогини де Ментенон, выдвигал на роли регентов кандидатуры своих бастардов – герцога дю Мэйна и графа Тулузского. Однако, Филипп Орлеанский заявил, что рекомендации усопшего совсем не обязательны к исполнению еще живыми, и эти бумаги были проигнорированы, а госпожа Ментенон впоследствии была отправлена из Версаля доживать свой век в Сен-Сир.

5Людовик XIV провозглашает Филиппа Анжуйского королем Испании, Версаль, 16 ноября 1700 года

Едва Людовик XIV испустил дух, как Филипп Орлеанский помчался обеспечивать свое властное верховенство. Он быстро сговорился с наиболее влиятельными членами парламента, пообещав им восстановить ущемленные ранее права этого органа на рассмотрение указов и наложение вето перед окончательным утверждением законов. Параллельно этому он приказал верным войскам находиться в состоянии боеготовности, а также наскоро договорился со многими представителями знати. Всего этого было достаточно, чтобы парижский парламент признал притязания герцога на пост регента и утвердил его в этой должности.

Регент был отличным дипломатом и сумел договориться практически со всеми влиятельными придворными партиями, что, вкупе с отменой ограничительных законов 1673 года, дало стране эффект некой «оттепели». На смену статс-секретариату Короля-солнца пришли семь новых коллегиальных советов, в которых заметное влияние вновь приобретала старая аристократия, крепко «прижатая» в свое время Людовиком XIV. Эти советы получили название Полисинодия.

Полисинодия не была органом исполнительной власти, она представляла собой консультативные и дискуссионные палаты, которые готовили доклады и рекомендации для регентского совета, имевшего реальную власть в стране. Обрадовавшиеся было аристократы быстро поняли, что по сути ничем не управляют, волна первичного энтузиазма быстро сошла на нет и в 1718-м году Полисинодию упразднили.

3Филипп II Орлеанский в качестве регента. Справа – дофин Франции, герой нашей статьи

Способность лавировать между различными придворными фракциями помогла Орлеанскому решить проблему оттесненных им же от власти бастардов Людовика, когда он сначала указом от 1717 года поместил их в официальную очередь престолонаследия, а затем, спустя год, лишил привилегии королевской крови, приравняв их статус к пэрам Франции.

Граф Тулузский длительное время оставался доверенным лицом герцога Орлеанского и советником по делам военно-морского флота, а герцог дю Мэйн оказался недоволен новым положением и вступил в сговор с испанским послом Челлемаре с целью свержения регента. Впрочем, заговор быстро раскрыли, и дю Мэйн вместе с супругой был отправлен «на отдых» в Бастилию.

Разобравшись с оппозицией, Филипп принялся разгребать завалы в государственной экономике, которая пребывала в чудовищном состоянии. Над страной довлел астрономический долг в 2 миллиарда ливров, и хотя путем расследования в Палате правосудия удалось взыскать 220 миллионов с нечестных кредиторов, получавших сверхприбыли, ситуация по-прежнему оставляла желать лучшего.

Именно на фоне этого упадка вспыхнула звезда шотландского финансиста и авантюриста Джона Лоу, который предложил регенту свой проект. Лоу при поддержке правительства открыл в 1716-м году частный банк и занялся выпуском ценных бумаг, которые впоследствии были утверждены в качестве законного платежного средства. Предприятие начало приносить доход, и в декабре 1718-го года банк был преобразован в государственный.

7Джон Лоу

Вхождение банковских бумаг в экономику дало последней инфляционный толчок, и, как следствие, процентные ставки по кредитам упали. Следующим шагом стало учреждение Миссисипской торговой компании, финансируемой банком Лоу. Через эту компанию осуществлялась монопольная торговля табаком и некоторыми другими товарами, что еще больше усилило позиции банка, который в итоге взял на себя обязательства по погашению государственного долга.

Банк продолжал выпускать ценные бумаги, и очень скоро их выпуск стал опережать производственный потенциал экономики. Эту ситуацию усугубляла и привычка регента дарить крупные пакеты акций компании для обеспечения лояльности влиятельных аристократов. Стоимость акций все росла, росли и темпы инфляции. Это была настоящая пирамида, и многие проницательные умы государства понимали, что система, выпускающая в огромном количестве ничем не обеспеченные облигации, вечно работать не сможет.

В частности, за регулирование работы банка Лоу выступал министр финансов герцог де Ноай, однако регент лишь отмахивался от противников шотландца. Наконец, в мае 1720-го произошло то, что и должно было – мыльный пузырь Миссисипской компании лопнул. Те, кто предвидел это, успели заведомо перевести свои акции в валюту и получили огромную прибыль, ровно как и те, кто смог за счет инфляции погасить долговые обязательства. Среди таких везунчиков оказалась и корона, однако множество людей остались с бесполезными и ничего не стоящими бумагами на руках, что вызвало волну общественного негодования.

6Карикатура на Джона Лоу

Виновником всех бед объявили самого Лоу, которому вменяли в вину неспособность вести дела государственного банка, и он был выслан из страны.

Еще одной головной болью для регентского совета были религиозные дела – в стране нарастало противоречие между янсенистами (сторонниками учения Янсения и его последователей) и ортодоксальной католической церковью, которое считало янсенизм ересью. Людовик XIV в свое время во многом под влиянием окружения приказал парламенту принять папскую буллу Unigenitus («Единородный сын») от 1713-го года, осуждавшую янсенизм, и, в частности, «Новый Завет с моральными размышлениями» Пасхазия Кеннеля.

У буллы нашлись серьезные противники, т.к. янсенисты составляли существенную часть парламентов Франции и ее духовенства. Иными словами, под занавес жизни король-солнце заложил под религиозную жизнь страны мощную мину, а разбираться с последствиями выпало Филиппу Орлеанскому.

Регент был достаточно веротерпимым человеком, к тому же он понимал, что новый религиозный раскол – последнее, что было нужно стране. Он пытался привести стороны к компромиссу, в то время как противостояние между янсенистами и папой набирало обороты. В апреле 1717 года три тысячи священнослужителей во главе с кардиналом де Ноайем при поддержке сотни докторов богословия теологического факультета Сорбонны выступили на вселенском соборе с апелляцией в адрес Unigenitus с целью добиться пересмотра буллы в Риме.

8Папа Климент XI

В ответ на это в 1718 году папа Климент XI в ярости разродился новой буллой – Pastoralis Oficii, в которой призывал отлучать от церкви всех противников Unigenitus. Папская булла встретила во французской церкви некоторое число сторонников, которые стали известны как «конституционеры», т.к. они призывали принять Pastoralis Oficii, именовавшуюся также церковной конституцией.

В 1720 году Филипп Орлеанский наконец решил, что бесполезно взывать к конструктивному диалогу, и издал указ, запрещавший любые споры и публичные дискуссии касательно Unigenitus. Неизвестно, как бы поменялась его позиция со временем, однако в 1723 году Филипп Орлеанский скончался, успев, однако, за время регентства привести Францию к некоторой стабильности.

Начиналось новое время, известное как эпоха кардинала Флери.

Серый кардинал

После смерти Филиппа Орлеанского титул регента перешел к Луи Анри де Бурбону, который, в общем, продолжал курс предшественника, и больше всего запомнился тем, что имел намерение женить малолетнего Людовика на Марии Лещинской – дочери свергнутого польского короля Станислава (Стася). Это было обусловлено тем, что наследник отличался слабым здоровьем, и в случае его смерти главным претендентом на трон, согласно Салическому закону, оказывался его дядя – король Испании Филипп V.

9Совет министров 

В сентябре 1725 года брак между 22-летней Марией и 15-летним Людовиком был заключен, но влияние герцога Луи Анри на подросшего и ставшего более самостоятельным короля падало. В 1726 году герцог был отправлен в отставку и удалился в свой замок в Шантильи, а Людовик объявил, что отныне он будет править страной самостоятельно.

На самом деле фактическим правителем Франции стал воспитатель юного короля аббат Андре-Эркюль де Флери, получивший в свои 73 года сан кардинала. На протяжении детства наследника аббат Флери являлся, по сути, единственным настоящим другом одинокого и замкнутого мальчика, который со временем очень привязался к старику. Это влияние сохранилось и во времена юношества короля, и хотя в те дни Людовик искренне полагал, что правит страной именно он, за его спиной всегда возвышалась тень кардинала.

12Коронование Людовика XV в Реймском соборе 25 октября 1722 года

Флери был назначен первым министром и, подобно Ришелье, сконцентрировал в своих руках всю власть в течение следующих семнадцати лет. Флери неизменно присутствовал на всех советах, на которых председательствовал король, на аудиенциях и встречах с министрами и секретарями. Любой вельможа, недовольный властью кардинала, рисковал угодить в опалу и утратить влияние при дворе.

 

Что касается международных дел, то здесь кардинал придерживался позиции сохранения мира в Европе и был сторонником союза с Британией, хотя срок оного истек в 1731-м году. Франция при Флери продолжала оставаться дружественной Туманному Альбиону, избегая конфликтов, аналогичных войне Аугсбургской лиги и войне за Испанское наследство. Когда в 1733 году разразилась война за Польское наследство, кардинал был в целом против участия Франции в ней, но король настаивал на необходимости поддержать тестя.

10Андре-Эркюль де Флери

Суть конфликта состояла в следующем – после смерти Августа II Сильного Людовик, женатый на дочери Станислава Лещинского, поддержал претензии последнего на польский престол. Восстановление короля Стася на престоле Польши неизменно вовлекло бы эту страну в орбиту французских интересов и дало бы мощный плацдарм для возможного противостояния со старой противницей – Австрией. Кроме того, это заткнуло бы рты всем острословам Европы, высмеивавшим неравный брак французского короля с «безземельной» польской принцессой.

С таким положением вещей была не согласна российская императрица Анна Ивановна, которая не желала превращения лояльной и отчасти зависимой от Петербурга Польши в игрушку Людовика и поддержала претензии на престол единственного законного сына Августа Сильного – Фридриха Августа (Августа III).

11Петр Ласси

После жарких обсуждений сейм раскололся – за Лещинским стоял влиятельный клан Потоцких и Франция, за Августом – Россия и Австрия. Тем не менее, победили сторонники Стася, которые и провозгласили его королем. Двух королей в одной стране, естественно, быть не может, и теперь настал черед России сказать свое веское слово – 5 октября 1733 года корпус Ласси пересек польскую границу и подступил к Варшаве.

Шляхта, поддержавшая Фридриха Августа, ушла в оппозицию и неофициально короновала его как Августа III под защитой русских штыков, которые вскоре разогнали сторонников Лещинского, а сам он бежал в Данциг. Флери понимал, что в Польше война, по сути, проиграна, и нет смысла отправлять туда крупные силы – достаточно лишь небольшого соединения, которое смогло бы забрать из Данцига экс-короля Стася и обеспечить его транспортировку во Францию.

С другой стороны, были начаты кампании против австрийцев в Италии и Германии, и к войне присоединился испанский король Карл III, двоюродный брат Людовика. Австрийцы потерпели ряд поражений и были вынуждены пойти на мир, однако польский престол для Лещинского вновь оказался утрачен, теперь уже навсегда.

13Станислав Лещинский 

В качестве «утешительного подарка» Людовик отдал ему в управление Лотарингию, выменянную у тамошнего герцога за Тоскану, с условием, что после смерти Лещинского герцогство войдет в состав французского королевства (что и случилось в 1766 году). В итоге Бурбоны больше приобрели, чем потеряли, и единственным фактом, немного омрачавшим эту радостную картину, была необходимость признать Прагматическую санкцию, подтверждавшую претензии дочери австрийского императора Карла VI Марии-Терезии на престол после смерти отца.

Со стороны внутренней политики правительство Флери навело порядок в финансах и добилось профицита бюджета ко второй половине 30-х годов, также оно стабилизировало курс главной валюты страны – турского ливра; было начато строительство сети современных дорог, которые в перспективе улучшили бы логистику в стране. Флери вернул ко двору бывшего канцлера юриста Анри д’Агессо, под руководством которого шла реформа судебной системы.

Тем не менее, преобразования Флери были достаточно консервативными и не вносили радикальных изменений в административную и правовую стороны жизни страны.

Другой заботой кардинала был продолжавшийся конфликт из-за буллы Unigenitus. Янсенисты составляли меньшинство, однако продолжали упорствовать в своих воззрениях, и возможность какого-либо компромисса выглядела туманной. Сам Флери, будучи консерватором по убеждениям, принял буллу, однако ее противники взывали к четырем статьям от 1682 года, провозглашавшим независимость французского короля от Рима в религиозных вопросах.

14Людовик XV

Unigenitus в одном из своих разделов недвусмысленно провозглашало главенство папы в религиозных делах над всеми христианскими королями, что прямо противоречило тем четырем статьям Людовика XIV. Вследствие этого консервативные клерики оказались в заложниках ситуации, когда у них было два утвержденных к исполнению документа, которые по содержанию прямо противоречили друг другу.

В этой ситуации Флери пришел к выводу, что если ослабить руководство оппозиционеров, то само движение пойдет на спад. Он активно давил на кардинала Ноайя, пока тот, наконец, не сдался.

Некоторых видных критиков буллы, таких, как епископ Сенезский, сместили с их постов. Для того, чтобы закрепить плоды своей победы, Флери в 1730-м году принял декларацию, утверждавшую Unigenitus в качестве церковного закона. В парламенте Парижа в ответ разразилась буря негодования, янсенисты начали мощную кампанию против первого министра.

После двух лет противостояния Флери в августе 1732 года издал закон, существенно урезающий права парламента в вопросах пересмотра указов. Янсенисты намек поняли и выбросили белый флаг, а Флери, в свою очередь, приостановил вхождение нового закона в силу. Постепенно, путем некоторых послаблений, сторонам удалось найти компромисс, и ситуация более-менее стабилизировалась, и хотя янсенисты не оставляли попыток заявить о своих правах на протяжении всего столетия, пик религиозного противостояния был пройден именно во времена Флери.

Возлюбленный король

Как уже было сказано выше, на протяжении всего своего пребывания при особе монарха Флери был практически всесилен – он тщательно контролировал все встречи Людовика с придворными, отслеживал королевскую корреспонденцию, и практически ничто не могло скрыться от его взора.

В начале 40-х кардиналу было уже хорошо за 80, и возраст постепенно начинал брать над ним верх. Противники Флери при дворе понимали, что вместо того, чтобы рисковать положением, вступая с могущественным кардиналом в открытое противостояние, вернее было бы просто немного подождать, пока Его Преосвященство не отправится на очную ставку к Господу, и уже тогда расширять свое влияние.

Когда в 1740 году скончался австрийский император Карл VI, Флери, согласно условиям Прагматической санкции, признал права его дочери Марии-Терезии на престол и не собирался вмешиваться в имперские дела. Однако со здоровьем кардинала слабела и его власть, что дало некий простор для маневра партии «ястребов», негласным лидером которой был граф де Белль-Иль, агитировавший Людовика за непризнание санкции и новую войну с Австрией.

Международная обстановка располагала к такому сценарию: против санкции последовательно высказались многие европейские правители, включая королей Испании и Польши, но пока все вышеозначенные персоны вели лишь кабинетные войны и переводили бумагу с чернилами, «ход конем» сделал молодой (на тот момент ему было 28 лет) и энергичный прусский король Фридрих II, который взошел на престол в том же году, что и Мария-Терезия.

В декабре все того же 1740 года прусские армии перешли границу имперской Силезии и начали победоносное наступление. Это дало «партии войны» при дворе весомые аргументы для того, чтобы склонить молодого короля к участию в конфликте против Австрии. Некогда всемогущий Флери уже никак не мог помешать утверждению этой новой силы подле Людовика – он умер 29 января 1743 года, когда в Европе уже вовсю гремела канонада большой войны, активной участницей которой была и Франция.

Когда кардинал скончался, Людовик, которому было на тот момент 32 года, твердо решил, что отныне он точно будет править самостоятельно, и упразднил должность первого министра, ссылаясь на прецедент от 1661 года и заявив, подобно Королю-солнцу, что своим первым министром будет он сам.

16

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

  • KRONOS

    Только вот Людовик 14 не отец, а прадед героя статьи. Это важно, ибо ещё перед смертью 14го поcледовательно скончались его сын, внук и старший правнук.

    • Alexander Svistunov

      а разве я где то писал, что это его сын?)

      » Поскольку оба родителя короля скончались за три года до его восшествия на престол, эта роль досталась старшему из «принцев крови» – его дяде герцогу Филиппу II Орлеанскому. «

      • Timur Sherzad

        Это я, при поиске, заливке и подписывании картинок. Виноват, поправил.

Авторизация
*
*
Регистрация
*
*
*
Пароль не введен
Генерация пароля

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: